Талибы, пытаясь захватить Панджшер, даже привлекли иностранные террористические организации.
Автор: Халедин Зияи, глава аналитического центра «Образовательный дискурс нации» — специально для “Сангар”
Оригинал статьи: پنجشیر — کابوس طالبان و تروریسم جهانی
Панджшер всегда был одним из важнейших центров сопротивления в современной истории Афганистана. С 1980-х годов до наших дней этот регион остаётся символом стойкости против господствующих сил — как внешних, так и внутренних. В последние годы, особенно после возвращения талибов к власти в августе 2021 года, возникла новая волна насилия против жителей Панджшера; это насилие включало убийства, грабежи, поджоги и привлечение террористических группировок для оккупации провинции.
В данной статье аналитически рассматриваются исторические корни кризиса в Панджшере, его культурно-языковые аспекты, политика талибов и их союзников, а также социальные и политические последствия ситуации. В заключение подчеркивается необходимость переходного правосудия, восстановления национального доверия и признания культурно-языкового многообразия как устойчивого решения кризиса в Афганистане.
- Введение
Афганистан — страна, которая на протяжении последних полутора веков постоянно сталкивалась с проблемами государственного строительства, национальной идентичности и этно-языковых противоречий. В этом контексте провинция Панджшер занимает особое место; горная провинция, которая в 1980-е годы стала главным центром сопротивления советской оккупации, а в 1990-е годы — сопротивления талибам.
После падения Кабула в августе 2021 года Панджшер вновь стал центром национального сопротивления.
Однако талибы вместо политического диалога с Панджшером прибегли к насилию: экономическая блокада, массовые убийства мирных жителей, поджоги домов и привлечение террористических групп для подавления местного сопротивления. Более того, некоторые политические элиты бывшей республики, включая группы, близкие к Хамиду Карзаю, обвиняются в соучастии или молчаливом согласии по отношению к происходящему в Панджшере. Эти обстоятельства создали многослойный кризис, требующий научного анализа и глубокого осмысления.
- Исторические корни кризиса в Панджшере
2.1. Панджшер и первое сопротивление против СССР
В 1980-е годы Панджшер был оплотом Ахмадшаха Масуда. Эта маленькая, но стратегическая провинция — «ворота на север Кабула» — неоднократно сопротивлялась атакам Советской армии. Этот опыт сделал Панджшер символом независимости и национального сопротивления.
2.2. Панджшер против талибов (1996–2001) — второе сопротивление
С приходом талибов к власти в 1990-е годы Панджшер оставался последним оплотом свободы на северо-востоке Афганистана. Национальный объединённый фронт (Северный альянс) под руководством Ахмадшаха Масуда действовал из этого региона и до его убийства в сентябре 2001 года препятствовал полному установлению власти талибов.
2.3. Панджшер после 2021 года — третье сопротивление
После вывода американских войск и падения Кабула сын Ахмадшаха Масуда, Ахмад Масуд, возглавил «Фронт национального сопротивления». В ответ талибы окружили Панджшер и начали масштабные военные операции по его подавлению.
- Культурно-языковые измерения
3.1. Роль языка и идентичности
Панджшер — персоязычный регион и считается одним из важнейших центров культуры дари-персидского языка. Талибы, чья идеология основана на пуштунвали и этническо-лингвистическом превосходстве, воспринимают это культурное разнообразие как угрозу своей политике «афганизации».
3.2. Культура сопротивления
Культура Панджшера основана на понятии «сопротивления»; это наследие глубоко укоренилось в коллективной памяти народа как духовное наследие Ахмадшаха Масуда. Эта культура находится в прямом противоречии с репрессивной политикой талибов, что ещё больше усложняет конфликт.
- Политические и военные аспекты
4.1. Политика талибов в Панджшере
Талибы рассматривают Панджшер не как часть национальной структуры, а как мятежный регион, противящийся их авторитарной и моноэтнической власти, который нужно подавить силой. Их действия включают:
убийство мирных жителей под предлогом сотрудничества с «третьим сопротивлением» под руководством Ахмада Масуда;
поджоги домов, например, дом бывшего министра юстиции Фазл-Ахмада Манави и других;
насильственное переселение некоторых семей, особенно из районов Даштак, Абдуллахил и Тавах;
привлечение транснациональных террористических группировок для подавления сопротивления, включая «Аль-Каида», пакистанских и узбекских талибов, чеченских боевиков и других.
4.2. Роль бывших политических элит
Часть общества обвиняет группы, близкие к Хамиду Карзаю, и некоторых бывших лидеров в том, что они либо сотрудничают с талибами, либо своим молчанием, уступками и тайными сделками с так называемым «Эмиратом» создают условия для продолжения репрессий. Это вызвало новые расколы в политическом дискурсе Афганистана и подорвало национальное доверие, став серьёзным препятствием для формирования централизованного государства.
4.3. Региональные последствия
Иран и Таджикистан, из-за культурно-языковой близости с населением Панджшера, выражают обеспокоенность возможной этнической чисткой и применением политики «выжженной земли» в регионе.
Пакистан, будучи главным союзником талибов, ранее играл косвенную роль в подавлении Панджшера, но теперь, пытаясь исправить стратегические ошибки, склоняется к усилению сотрудничества с политическими оппонентами талибов.
Мировые державы (США, ЕС), несмотря на заявления о правах человека, до сих пор не предприняли практических шагов для прекращения этнических чисток и насилия в Панджшере.
- Социально-психологический анализ
5.1. Влияние на общество Панджшера
Массовое насилие вызвало вынужденную миграцию, разрушение местной экономики и глубокие психологические травмы у жителей региона. Коллективная память народа наполнена бесконечными историями страданий и борьбы против системного угнетения. Это может привести к возобновлению новых циклов ненависти и постоянного насилия в кризисном афганском обществе.
5.2. Кризис легитимности талибов
Действия талибов в Панджшере, символе сопротивления и одном из истоков современной афганской государственности, серьёзно подорвали их легитимность как внутри страны, так и на международной арене спустя четыре года после прихода к власти. История показывает, что ни один режим, основанный на этническом и языковом подавлении, не способен долго существовать или построить стабильное государство.
- Будущие рекомендации
Переходное правосудие: Создание механизмов привлечения к ответственности за военные преступления в Панджшере через народные суды или международные трибуналы.
Восстановление национального доверия: Включение всех этнических групп и языков в политическую систему Афганистана.
Поддержка культурного многообразия: Признание персидско-дарийского языка и культуры как неотъемлемой части национальной идентичности.
Прекращение цикла насилия: Акцент на политическом диалоге и социальной справедливости вместо военных и силовых репрессий.
Роль международного сообщества: Дипломатическое давление на талибов для прекращения этнических чисток и обеспечения базовых прав афганского народа.
Координация исламских стран: Совместные действия для ограничения власти талибов и подготовки почвы для их свержения в рамках гуманитарного вмешательства и защиты достоинства угнетённых мусульманских народов.
- Заключение
Панджшер — это не просто географическая область, а символ глубокого кризиса Афганистана в государственном строительстве. Продолжающееся насилие против его народа угрожает не только дальнейшей дезинтеграцией национального единства, но и провоцирует внешние вмешательства, а также воспроизводит долгосрочные циклы насилия, что в конечном итоге может привести к разделу страны.
Будущее Афганистана зависит от признания культурного разнообразия, установления социальной справедливости и восстановления национального доверия. Без этих мер ни одна власть, включая режим талибов, не сможет обеспечить долгосрочную стабильность и устойчивое управление.
