Создание бригады «Фатимиюн» стало краеугольным камнем стратегии асимметричной войны Ирана.
Автор: Убайд Нури, “Катиб медиа”
Формирование бригады «Фатимиюн» нельзя сводить исключительно к одному военному событию. Появление этой группы стало результатом сложного пересечения геополитических потребностей Ирана, его стратегии прокси-войн и уязвимого социально-экономического положения афганских мигрантов. Чтобы понять, почему и каким образом сформировалась эта структура, необходимо рассматривать её с точки зрения стратегии, социологии и тактики.
С началом сирийского кризиса и угрозой падения правительства Башара Асада в 2012–2013 годах региональная стратегия Ирана требовала не допустить краха его важнейшего арабского союзника. Однако масштабная отправка в Сирию регулярных частей армии или Корпуса стражей исламской революции столкнулась бы с двумя серьёзными препятствиями:
Политические и дипломатические издержки: официальное военное присутствие могло привести к прямому столкновению с региональными и мировыми державами.
Внутреннее общественное мнение: иранское общество не было готово принять большие потери среди регулярных военнослужащих в зарубежной войне.
На этом этапе была задействована доктрина сил «Кудс» Корпуса стражей — то есть использование прокси-сил. Однако, в отличие от ливанской «Хезболлы», которая имела местную структуру, Ирану в Сирии требовалась недорогая, доступная и готовая к боевым действиям пехота, способная заполнить вакуум, образовавшийся вследствие ослабления и истощения сирийской армии.
Именно здесь внимание было обращено на огромный ресурс внутри границ Ирана: многомиллионное сообщество афганских мигрантов.
Афганские мигранты в Иране, особенно шиитские хазарейцы, десятилетиями жили на периферии общества. Для превращения этой общины в эффективную военную силу Корпус стражей исламской революции использовал сочетание «притягивающих» и «отталкивающих» факторов:
Идентичность и идеология:
Мигранты, занимавшие маргинальное положение в иранском обществе, после присоединения к этой группе и получения статуса «защитников святыни» могли неожиданно обрести героическую и сакральную идентичность. Защита шиитских святынь от такфиристских группировок стала мощным идейно-религиозным фактором, способным побудить многих людей добровольно отправиться на войну, руководствуясь твёрдыми убеждениями.
Экономический рычаг и вид на жительство:
Для значительной части мигрантов без документов, которые постоянно сталкивались с угрозой депортации, низкооплачиваемым трудом и лишением базовых гражданских прав, обещание получать зарплату в долларах и, что ещё важнее, получить законный вид на жительство и гражданство для себя и своей семьи рассматривалось как уникальная возможность изменить социальный статус и выйти из кризиса без корней и без идентичности.
Систематическое давление:
Наряду с добровольцами аналитики также указывают на использование принудительного и систематического давления. Речь идёт о случаях, когда задержанные за незаконное пересечение границы или обвиняемые в мелких правонарушениях, согласно этим оценкам, оказывались перед выбором: депортация/тюрьма или отправка в Сирию.
Проект «Фатимиюн» был запущен весьма продуманно. На начальном этапе его центральное ядро формировалось вокруг опытных афганских командиров, таких как Алиреза Тавассоли, имевших боевой опыт на стороне Ирана — в ходе восьмилетней войны с Ираком — или в борьбе против «Талибана».
Стратегия Корпуса стражей заключалась в том, чтобы придать этой группе ярко выраженный «афганский» облик и сохранить её внешнюю видимость самостоятельности, тогда как логистическое обеспечение, подготовка, вооружение и высшее командование непосредственно оставались под контролем сил «Кудс».
Эффективность и боеспособность этих сил в партизанской и городской войне, в сочетании с их высокой «толерантностью к потерям» — то есть относительным безразличием иранского общественного мнения к гибели мигрантов по сравнению с гибелью иранских граждан, — позволили этому проекту быстро вырасти из небольшой бригады в дивизию численностью в десятки тысяч человек. Они стали главными «штурмовыми подразделениями» на самых тяжёлых фронтах Сирии и, как следствие, понесли наибольшие потери среди сил, поддерживавших Башара Асада.
Создание бригады «Фатимиюн» стало краеугольным камнем стратегии асимметричной войны Ирана. Исламская Республика смогла при минимальных дипломатических издержках и используя пересечение «религиозного рвения» и «материальных потребностей» маргинализированного меньшинства создать одну из наиболее эффективных своих зарубежных военных сил.
Группа, первоначально сформированная в ответ на сирийский кризис, сегодня представляет собой элитную военную силу и постоянный геополитический фактор, находящийся в распоряжении Тегерана.
