Пуштунизм принял обличье ислама, а талибы - те же пуштуны, только в чалме
Автор: Якуб Ясна, профессор университета и политический аналитик, член Консультативного совета “Сангар”
На фото: слева – Салахуддин Аюби, Мавлави Фазель, Мавлави Махди
Обостряется проблема руководства пуштунских талибов. Потому что началась внутренняя проблема пуштунских и непуштунских талибов. Пуштунские талибы совершили несколько покушений на Мавлави Салахуддина Аюби, командира узбекских талибов, и Мавлави Махди, командира хазарейских талибов, но им удалось выжить.
Непуштунские талибы стали недоверчиво относиться к руководству пуштунских талибов. Поэтому они решили сопротивляться, чтобы спасти свою жизнь. Они знают, что, сдавшись руководству пуштунских талибов, они примут свою смерть.
Мавлави Фазель из пуштунских талибов отправился в Фарьяб, чтобы захватить Мавлави Салахуддина. Между узбекскими и пуштунскими талибами завязался бой, но арест Аюби не увенчался успехом. Мавлави Фазель, почувствовав угрозу в Фарьябе, в замешательстве вернулся в Кабул.
Делегация пуштунских талибов отправилась в Балх, чтобы Мавлави Махди сдался им. Он не сдался. В ответ он сказал делегации пуштунских талибов, что шиитская ветвь ислама должна быть такой же официальной, как и в прошлом, а хазарейцы и шииты должны присутствовать в правительстве, хазарейцев должны назначать губернатором, председателем района и т. д., по крайней мере, в хазарейских регионах. Эти требования Мавлави Мехди точны, правильны и справедливы.
Этническая проблема является одной из самых фундаментальных проблем власти в Афганистане. Этнические пуштунские правительства исторически пытались скрыть проблему с помощью репрессий, но репрессии потерпели неудачу.
Когда предыдущий эмират талибов пал, я был студентом Кабульского университета. Мой друг-узбек сказал мне, что ребята идут к генералу Дустуму, пойдем с нами. На этой встрече Дустума спросили, почему он прекратил сотрудничество с правительством доктора Наджибуллы. Генерал Дустум рассказал, что “я только что благополучно вернулся с войны на юге и сидел рядом с доктором Наджибом, когда к нему подошла иностранная делегация, и один из ее членов спросил Наджиба об этническом составе населения Афганистана. В ответ Наджиб сказал, что более 95 процентов населения страны составляют пуштуны. В ней два-три процента таджиков. Хазарейцы и узбеки не составляют и одного процента. Услышав эти слова доктора Наджиба, я решил покинуть его правительство”.
Я упомянул об этом по той причине, что не имеет значения, будет ли это коммунистическое правительство, либеральная республика, исламский эмират и т. д. Что бы это ни было, этническая проблема будет. Руководство государством обычно находилось в руках пуштунских лидеров, которые хотели, чтобы правительство одной этнической группы доминировало над другими. Таким образом, началась война и конфликт этнического правительства с другими этносами.
Война Абдулрахмана с хазарейцами была этнической войной. Война между Амануллой и Надиром против Амира Хабибуллы, хранителя религии Посланника Аллаха, была этнической войной между пуштунами и таджиками. Война между Мохаммадгулом Момандом и дядями Захир Шаха на севере против узбеков и таджиков была этнической войной. Также этнической войной была война доктора Наджиба с моджахедами. Война моджахедов между пуштунами, таджиками, хазарейцами и узбеками была этнической войной. Нынешняя война между талибами и его непуштунскими членами также является этнической войной.
Карзай и Гани говорили иностранцам то же самое, что и доктор Наджиб. Карзай сказал министру обороны США, что проблема нашего управления не в талибах, а в народах севера и Северном фронте. “Карзай сказал нам, что национальное строительство в Афганистане должно основываться на ценностях пуштунского народа, потому что пуштуны составляют более 80 процентов, — написал сенатор США в американской газете. - Когда я приехал в Кабул, я понял, что этническая и культурная реальность отличается от того, что говорил Карзай”.
Если мы хотим добиться справедливого, инклюзивного и народного правительства, мы должны учитывать этническую реальность в управлении, а не делать из неё проблему. Нам нужно превратить эту реальность в возможности и сосуществование. Это может быть реализовано в федеральном правительстве. Пуштунское этническое правительство не может полностью искоренить таджиков, хазар, узбеков и так далее. Поэтому лучше отказаться от идеи и цели этнических репрессий.
