Насколько реален разрыв между лозунгом и действиями видения Организации Объединенных Наций?
Автор: Мохаммад Кадир Мисбах, эксперт по региональным вопросам
События последних пятидесяти лет превратили Афганистан в центр вопросов, оставшихся без ответа. История превращения монархии в республику Сардаром Мохаммадом Даудом и государственный переворот лидеров Коммунистической партии 27 апреля 1978 г., вплоть до победы моджахедов 28 апреля 1992 г., и не только эти события, но и нищета, перемещение, страдания и убийства афганцев нашли отражение в книгах и рукописях различных исследователей и писателей, которые с самого начала освещались национальными и международными СМИ. Эти проблемы всегда волновали умы и сердца народа Афганистана и даже всего мира.
Описание и интерпретация глобального феномена расширения борьбы западного мира с коммунизмом под руководством Соединенных Штатов Америки и борьбы с новыми явлениями терроризма, экстремизма, наркотиков, развития демократии, прав человека , и свободный мир составляют основу этих проблем.
Действительно ли коммунисты побеждены, терроризм искоренен, экстремизм обуздан, борьба с наркотиками успешна, демократия процветает, права человека обеспечены и создан свободный мир?
Ответ на эти вопросы нельзя легко оценить положительно или считать отрицательным, не подумав, потому что, естественно, ни один из них не имеет положительного ответа. Организация Объединенных Наций, одобряя ежегодные и ежемесячные резолюции, объявления, речи и ежедневные заседания нижестоящих комиссий, под предлогом разъяснения глобальных ожиданий, прагматизма правительств, гибкости, конструктивного взаимодействия и непрерывного движения вперед, говорит о стратегическом терпении и дипломатическом языке. Но обращала ли она внимание на выполнение Всеобщей декларации прав человека и других конвенций, обязательных для всех правительств, формальных и неформальных институтов?
Услышала ли ООН голоса свободы в Афганистане? О проблемах личной безопасности, бесчеловечного обращения с пытками, доступа к справедливому суду, защиты частной жизни, обеспечения брака людей, уважения права на личную собственность, права на индивидуальный и коллективный протест, доступа людей к образованию и профессии? А также о праве на продвижение, которое является одним из фундаментальных прав человека? И каков прагматичный подход ООН к проблемам, которые берут за горло женщин и мужчин Афганистана и о которых уже много лет говорят и кричат правозащитники всего мира?
На мой взгляд, Организация Объединенных Наций, проявив стратегическое терпение, чрезмерную гибкость, конструктивное взаимодействие и дипломатический язык в политическом процессе и умиротворив талибов, добилась лишь того, что талибы не только запретили работу женщин в национальных и международных организациях, но и даже запретили работать женщинам - сотрудникам ООН. Такими действиями ООН Талибан был избалован в прямом смысле этого слова. И таким образом был положен конец оптимизму мирового сообщества по поводу Дохинских соглашений и оказалось, что нынешние талибы еще хуже, чем их предшественники в 90-е годы.
Будет ли еще блистать ООН на майском заседании, которое намечено провести в той же Дохе, Катар, с участием высших должностных лиц этой организации, без присутствия женщин при принятии заявлений, деклараций, резолюций? Иссякнет ли их стратегическое терпение в вопросах насилия, прав женщин, прав мужчин, прав меньшинств и женского образования? Сделает ли эта организация что-нибудь для конструктивного взаимодействия, которого ждут афганские женщины и мужчины? Или снова будет официальное заявление с модной литературой о практических шагах по политическому урегулированию афганского кризиса?
Дело в том, что на этот раз ООН и сам Антониу Гутерриш, Генеральный секретарь ООН, согласно лозунгу конструктивного взаимодействия этой международной организации, уже имеют все доказательства угнетения и адской жизни афганских женщин и мужчин при талибах. По крайней мере, они должны были попросить государства-члены, связанные международными конвенциями и пактами, направить на эту встречу представителей женщин вместо представителей мужчин, чтобы как-то ответить на оставшиеся без ответа вопросы не менее 35 миллионов человек, проживающих в Афганистане.
