Как противники становятся «бесстрашными»
Автор: Шуджауддин Амини, «Хашт-и Субх»
Если нападение фронта «Сипохиёни Механ» («Солдаты Родины») на уезд Нижний Яфталь провинции Бадахшан еще можно было назвать неожиданностью, то недавние бои в уезде Зебак уже нельзя считать единичным эпизодом. Напротив, они свидетельствуют о зарождении более широкой тенденции, которая, по всей видимости, не завершится в ближайшем будущем и не прервется случайным образом.
Короткий промежуток времени между двумя столкновениями, произошедшими в столь стратегически важной провинции, как Бадахшан, скорее выглядит результатом тщательно продуманного плана, чем совпадением. Поэтому есть основания говорить о том, что Бадахшан постепенно превращается в новый театр войны против «Талибана».
Сначала — «Сипохиёни Механ» в Яфтале, теперь — Фронт свободы в Зебаке. Два разных фронта, две разные операции, но одно поле боя и одна общая цель — сопротивление «Талибану» до установления нового политического порядка в Афганистане. Такая последовательность событий заслуживает самого пристального внимания и может свидетельствовать о том, что Бадахшан становится центром тяжести войны против «Талибана».
Пожалуй, главное отличие боев в Зебаке от большинства предыдущих столкновений заключается в их характере. Это уже не кратковременный партизанский налет и не классическая операция по принципу «бей и отходи», сопровождаемая публикациями в социальных сетях. По сообщениям СМИ, бойцы Фронта свободы вели длительный бой с силами «Талибана», который продолжался многие часы — почти целые сутки.
Согласно опубликованным данным, талибы были вынуждены перебросить на поле боя свои подразделения специального назначения на вертолетах, одновременно направив подкрепления по суше.
Еще более примечательно то, что на этот раз «Талибан» не стал отрицать сам факт столкновения. Ранее они либо представляли атаки своих противников как незначительные инциденты, либо вовсе отрицали их существование. На этот раз, отказавшись от привычной тактики отрицания, талибы признали, что бой действительно состоялся. При этом, следуя своей обычной практике, они сохранили молчание о собственных потерях, ограничившись публикацией, по всей видимости, существенно завышенных данных о потерях противостоящей стороны.
Из боев за Зебак стала очевидной одна важная реальность: противники «Талибана» больше не представляют собой лишь группы, которые совершают атаку, сразу после этого исчезают, а затем ограничиваются заявлениями в СМИ и активностью в социальных сетях.
То, что боевые действия продолжались многие часы, свидетельствует о наличии у сил сопротивления «географического тыла» — безопасного пространства, позволяющего им маневрировать, перегруппировываться, отступать, скрываться и даже вести продолжительные боевые действия. Именно поэтому все чаще обсуждается возможность внешней поддержки, хотя этот вопрос требует самостоятельного анализа.
Если посмотреть на ситуацию именно с этой точки зрения, то это уже нельзя считать незначительным успехом противников «Талибана». Бой, продолжающийся многие часы, невозможно объяснить одной лишь смелостью нескольких вооруженных энтузиастов. Он свидетельствует о том, что антиталибские силы, хотя пока и остаются ограниченными по своим возможностям, уже приобрели способность удерживать и защищать контролируемую территорию.
Если эта тенденция сохранится, талибы будут вынуждены коренным образом перестроить всю структуру своего режима в Бадахшане. Не менее примечательно и то, что различные антиталибские группировки начинают оказывать влияние друг на друга, особенно если рассматривать операции в Яфтале и Зебаке как последовательные этапы одного процесса.
Хорошо известно, что операция фронта «Сипахиёни Механ» («Солдаты Родины») в Нижнем Яфтале застала врасплох не только талибов, но и вывела других противников этого движения из состояния многолетней политической и военной пассивности.
До этого большинство антиталибских фронтов были известны главным образом публикацией политических заявлений, проведением широко разрекламированных конференций и малорезультативными партизанскими атаками, которые практически не представляли серьезной угрозы для режима. Однако временный захват целого уезда новым фронтом стал для остальных ясным сигналом: «Талибану» по-прежнему можно бросить вызов на поле боя.
В такой ситуации вполне вероятно, что готовность «Сипахиёни Механ» идти на риск вдохновила и другие фронты действовать смелее. Поэтому бои в Зебаке можно, по крайней мере частично, рассматривать как результат изменения политической и военной атмосферы, в которой даже старые фронты осознали, что без заметного и решительного присутствия на поле боя они рискуют утратить свое значение.
Если бои в Зебаке действительно были во многом вдохновлены операцией в Яфтале, то следует ожидать новых сюрпризов — сюрпризов, которые станут отражением нового понимания ситуации противниками «Талибана»: они пришли к выводу, что настало время выйти из состояния молчания и пассивности и начать действовать на поле боя гораздо активнее.
Исходя из этого, вполне вероятно, что так же, как Фронт свободы получил уверенность для проведения своей операции благодаря импульсу, созданному действиями фронта «Сипохиёни Механ», бои в Зебаке также могут стать катализатором для других фронтов сопротивления. Если это произойдет, конфликт уже не будет состоять из отдельных, изолированных операций — напротив, каждая новая операция будет прокладывать путь для следующей.
Если подобная тенденция действительно оформится, «Талибан» окажется в крайне сложном положении. Противостоять одному фронту на ограниченной территории значительно легче, чем одновременно вести боевые действия против нескольких фронтов в разных уездах и на нескольких оперативных направлениях.
Как только конфликт приобретет многоочаговый или многофронтовой характер, талибы будут вынуждены рассредоточить свои силы и военную технику по гораздо более обширной территории. Это ослабит их оперативную концентрацию и существенно ограничит способность быстро реагировать на возникающие угрозы.
Если вчера ареной боевых действий был Нижний Яфталь, сегодня — Зебак, а завтра ею станет еще один уезд, то «Талибан» уже будет противостоять не единому противнику с единым штабом, а целому географическому пространству, где практически любой населенный пункт способен превратиться в новую отправную точку вооруженного сопротивления.
Именно такого развития событий опасается любая правящая власть, поскольку войны на истощение начинаются не с одного решающего сражения, а с постепенного возникновения множества небольших, но устойчивых очагов сопротивления.
Еще более тяжелым сценарием для «Талибана» станет не только нестабильность в самом Бадахшане, но и распространение этой нестабильности на другие северные и северо-восточные провинции Афганистана.
В таком случае «Талибан» окажется втянутым в тяжелую, затяжную и многоочаговую войну, которую уже невозможно будет сдержать ни отрицанием происходящего, ни пропагандой и блефом, ни переброской нескольких вертолетов и подразделений специального назначения.
